Украинцы и Запад

avatar

Хорошим тоном считается отзываться о Западе критически, иной раз и снисходительно. При этом очень мало живого интереса к нему как к миру более успешному, развитому, умудрённому. Мало кому приходит в голову, что та земля видела горя не меньше, чем украинская, что войны и моры опустошали континент никак не меньше, чем наши края — кочевники. О захватывающих перипетиях становления Нового времени даже неплохо образованные люди вспоминают не без напряжения, как о чём-то из учебников, давно позабытых. Сказать: вы едете туда, где всё это отпечатано на «священных камнях Европы», сквозит в обычаях, манерах и выражении лиц — и можно напроситься на более или менее вежливый совет не умничать. Представления о том, что там происходит в политике, общественном сознании, в быту, науке, — дикие или комично приблизительные. Есть народные депутаты, уверенные, что в Германии до сих пор отрубают руку вору, отчего и ездят туда с опаской.

Если поискать слово, которым бывший советский человек, даже если ему 20 лет, определяет западного, то это будет «самомнение». Привратник несёт себя по жизни, как особа царской крови. Так мы воспринимаем их чувство собственного достоинства, которое они впитывают с молоком матери-Европы. Европеец не имеет в своей подкорке записей о временах рабства, наш — о временах свободы. Запад — это столетия законности, Украина, хоть она и не Россия, — произвол. Вслух эту разницу называет редко кто, но чувствуют все, потому так и рвётся на Запад всё мало-мальски одарённое и жизнеспособное. Правда, оказавшись там, кто-то невольно вспоминает плюсы рабской жизни, патриархальную простоту, «теплоту хлева» (выражение Безансона) — и ловит себя иногда на том, что скучает по дому.

Можно слышать, что равнодушно-спесивое отношение к Западу должно помочь украинцам сохранить некоторое своеобразие своей жизни, характера, культуры. Ой, вряд ли! Уже выросло, по существу, безнациональное поколение. Оно ничего не знает о прошлом своей страны, как и любой другой, не является носителем какой-либо культуры. Этим людям всё равно, где жить. Если хватает усердия выучить английский язык (а без других можно обойтись), они легко приживаются где угодно, но нередко жалуются на местных: они, мол, скучны, холодны, фальшивы. Приятное и продуктивное общение невозможно, если у людей нет заведомого согласия по вопросам, которые как раз поэтому не включаются в разговоры. На Западе, например, не спорят о «природном» призвании женщины. Училка, которая завела бы об этом речь со старшеклассницами, могла бы потерять место или/и приобрести репутацию городской сумасшедшей. В Украине, особенно в её глубинке, — наоборот: заметный упор на «гендерное», а по сути, современное демократическое воспитание явился бы очевидным признаком неблагонадёжности или чокнутости.

Ясно, что диким капитализм в Украине не останется, но пребывать в нынешнем состоянии будет долго. Несколько просвещённых одиночек мечтают в связи с этим о новом хождении в народ. Раз работа предстоит на десятилетия, говорят они между собой, то надо забыть о взрослых — они уже потеряны. Всё внимание — юному поколению. Так или иначе оно будет охвачено, если не схвачено и присвоено, Западом. Так пусть он получит доброкачественный материал! Идите в детские сады, школы, вузы. Если за десять лет вас примут и полюбят десять человек — это совсем немало. Теория малых дел? Да. Как над нею ни издевайся, а лучшей всё-таки нет. И верное доказательство — то, что она остаётся уделом подвижников. В наше время, правда, подвижничество на почве народного просвещения — не лишения, а просто отказ от тщеславия.

Запись опубликована в рубрике Блоги Комментариев. Добавьте в закладки постоянную ссылку.
  • http://poslanie.pp.ua/ Инкогнито

    У меня нет слов может у них есть?)

  • http://twitter.com/Ketler1 Тарас Пушкин

    Разом з
    батальйоном «Нахтігаль» до міста вдерлася у напіввійськовій формі на машинах
    «абвера» група ватажків ОУН, в тому числі Ярослав Стецько (Карбович), Ярослав
    Старух, Лев Ребет, Іван Равлик, Дмитро Яців і Микола Лебідь, але тоді, першого
    ранку вторгнення у Львів, вони почували себе націоналістичними «наполеонами».
    Сам Степан Бандера вважав за краще про всякий випадок «затриматися» в тилу, він,
    правда, передав Ярославу Стецьку стрічку з магнітофонним записом свого виступу.
    Захопивши радіостанцію, оунівці негайно послали в ефір це повідомлення свого
    ватажка, яке починалося словами диктора: «Говорить радіостанція імені Євгена Коновальця.
    Зараз виступить фюрер українських націоналістів Степан Бандера…»

  • http://www.facebook.com/people/Viktor-Lutaenko/100002674190859 Viktor Lutaenko

    нещодавно поспитав приятеля-історика, мовляв, де наші, українські аристократи (одна ж бидлота — вибачте я про своїх — з верху до низу)? Немає вже понад чотириста років — почув у відповідь. І що ж ві після цього хочете? Правда, існує ще зі слів М.О.Бердяєва «аристократизм Духу…